Между голодом и надеждой: что нужно знать российскому и белорусскому бизнесу о Судане
Если Гвинея-Бисау — это маленькая, но спокойная страна, то Судан — гигант, раздираемый войной, но сохраняющий колоссальный потенциал. Вторая по величине страна Африки, ворота в Красное море, житница региона, богатейшие залежи полезных ископаемых и — одновременно — одна из самых страшных гуманитарных катастроф современности.
В марте 2026 года, пока мировые СМИ обсуждают ситуацию в Иране и Красном море, российско-суданские отношения переживают тихую, но мощную трансформацию. Министр энергетики Судана встречается в Москве с Сергеем Цивилевым, обсуждая нефть и газ. Российская пшеница идёт в Судан рекордными объёмами — почти полмиллиона тонн только за два первых месяца года. А в Порт-Судане, который правительственные войска отбили у мятежников, готовится площадка для российского логистического хаба.
Да, здесь идёт война. Да, риски колоссальные. Но именно в такие моменты — когда страна стоит перед выбором: выжить или исчезнуть — лояльность и надёжность партнёра ценятся особенно высоко. Россия сегодня для Судана — не просто поставщик зерна, а стратегический союзник, который не отвернулся в самый трудный час.
Ниже — практическая инструкция для тех, кто готов разобраться в этом сложном, опасном, но перспективном рынке.
—-
Часть первая. Судан сегодня: война, голод и надежда на мир
Судан — это огромная территория с населением около пятидесяти миллионов человек, страна с выходом к Красному морю, где официальными языками остаются арабский и английский, а валюта — суданский фунт — сильно девальвирована. С апреля 2023 года здесь не прекращается гражданская война. Регулярная армия воюет с бывшими союзниками — Силами быстрого реагирования. К концу 2025 года правительственные войска вернули контроль над столицей Хартумом, но мятежники удерживают Дарфур и части Кордофана, продолжая атаки.
Гуманитарные последствия катастрофичны. Более восьми миллионов детей не могут учиться — это одна из самых длительных школьных пауз в мире. В нескольких регионах Дарфура зафиксирована фаза голода, а цены на сорго и просо в январе 2026 года оказались в четыре-пять раз выше довоенных. Миллионы детей находятся на грани острого недоедания.
Правительство Судана сформировано и контролирует Порт-Судан, восток страны и значительную часть Хартума. В феврале 2026 года Судан поддержал саудовско-американско-египетскую мирную инициативу, но настаивает на исключении Сил быстрого реагирования из будущего политического процесса. Для бизнеса это означает, что работать нужно через официальные правительственные структуры, а зоны, контролируемые мятежниками, остаются неприемлемыми для инвестиций.
—-
Часть вторая. Что Россия уже делает в Судане
Зерно остаётся главной точкой входа. Судан — один из крупнейших импортёров российской пшеницы в Африке. За январь—февраль 2026 года через порты Краснодарского края в Судан отправлено около четырёхсот сорока тысяч тонн зерна — это третье место среди всех покупателей после Египта и Турции. В 2025 году российский экспорт сельхозпродукции в Судан вырос в 2,3 раза, достигнув 410 миллионов долларов. Основу поставок составляют пшеница, мука, дрожжи и удобрения. Посол Судана в Москве подтверждает: традиционный импорт этих товаров из России растёт именно благодаря развитию двусторонних связей.
Следующий этап — энергетика и нефть. 17 марта 2026 года министр энергетики и нефти Судана встретился в Москве с российским министром Сергеем Цивилевым. Обсуждались инвестиции в нефтеразведку и добычу, поставки нефтепродуктов и развитие электроэнергетики. Российские компании «Газпром» и Legacy Capital уже провели переговоры о входе в суданские проекты. Техническая делегация из Судана продолжит работу в России для заключения конкретных соглашений.
Логистический хаб на Красном море — ещё одно важное направление. Россия и Судан давно обсуждают создание пункта материально-технического обеспечения ВМФ в Порт-Судане. Экс-министр иностранных дел Судана подтверждал, что стороны достигли полного взаимопонимания по этому вопросу. Для российского бизнеса это означает возможность использовать портовую инфраструктуру для собственных поставок и транзита.
Наконец, животноводство и рыболовство — сектор со скрытым потенциалом. Министерство животноводства и рыболовства Судана объявило о запуске сорока инвестиционных проектов в рамках пятилетнего плана развития. Среди них — создание «городов животноводства» в разных провинциях, строительство заводов по производству молочной продукции, фабрика ветеринарных вакцин, а также освоение более семисот километров побережья Красного моря для рыболовства (сейчас используется только три процента). В перспективе — производство кожи, обуви, сумок и верхней одежды. Это идеальное поле для российских и белорусских производителей оборудования для животноводства, переработки рыбы и кожевенной промышленности.
—-
Часть третья. Что нужно знать, чтобы начать работу
География безопасности. Правительство контролирует Порт-Судан, прилегающие районы, Хартум, большую часть востока страны и некоторые освобождённые районы Кордофана. Высокий риск сохраняется в Дарфуре, частях Северного и Южного Кордофана, а также в районах, прилегающих к границе с Чадом и Южным Суданом. Планировать бизнес следует через Порт-Судан и Хартум, используя правительственные каналы и проверенных местных партнёров.
Ограничения для иностранцев. Судан сохраняет осторожную позицию в отношении иностранного владения бизнесом. Запрещён вход в железнодорожный транспорт, телекоммуникации и медиа, производство электроэнергии, а также финансовые услуги. Многие другие отрасли находятся под контролем государственных монополий. Однако сельское хозяйство, животноводство, горнодобыча и логистика открыты для частных инвестиций при условии наличия местного партнёра. Иностранцы не могут владеть землёй — только арендовать её в специально отведённых зонах.
Язык и деловая культура. Основной язык бизнеса — арабский, хотя в правительственных кругах используется и английский. Без переводчика на переговорах с местными партнёрами будет сложно. В Судане принято устанавливать личные отношения до перехода к делу, а обмен подарками — часть этикета, но важно не переходить грань в сторону взятки. Уважение к местным обычаям обязательно: скромная одежда, отказ от алкоголя в общественных местах, уважение к молитвенным часам.
Платежи и логистика. Прямые банковские переводы из России в Судан крайне затруднены из-за санкционного давления на суданские банки. Рабочие схемы — платежи через банки ОАЭ, Турции, Китая в дирхамах, юанях или турецких лирах. В 2026 году активно обсуждаются бартерные схемы: обмен российского зерна, удобрений и нефтепродуктов на суданское золото, арахис, кунжут и другую сельхозпродукцию. На межправительственном уровне прорабатывается возможность расчётов в национальных валютах.
Порт-Судан — главные ворота страны. После возвращения под контроль правительства он работает в штатном режиме. Внутренняя логистика осложнена из-за военных действий, особенно в западных регионах, поэтому для доставки грузов в безопасные районы следует использовать проверенных суданских партнёров, имеющих опыт работы с правительственными разрешениями.
—-
Часть четвёртая. Ключевые ниши для российского и белорусского бизнеса
Поставки зерна и удобрений уже работают и будут востребованы годами, пока Судан восстанавливает собственное сельское хозяйство. Чтобы войти в этот рынок, нужно выйти на контакт с суданской государственной компанией по закупке зерна, использовать бартерные схемы и оформить страхование ЭКСАР.
Поставки нефтепродуктов и участие в нефтедобыче — ещё одно перспективное направление. Судан импортирует топливо, и сейчас на этом рынке доминируют эмиратские и саудовские компании. Российские поставщики могут предложить конкурентные цены, участвуя в переговорах с суданским Минэнерго, заключая долгосрочные контракты и рассматривая совместные предприятия для геологоразведки.
Оборудование для животноводства и переработки мяса — огромный рынок, на котором пока нет доминирующих иностранных игроков. Сорок проектов, анонсированных правительством, требуют поставок холодильного оборудования, линий по забою и разделке туш, заводов по производству молочной продукции. Здесь важно предложить комплексные решения и организовать обучение суданских специалистов работе с оборудованием.
Логистика и портовая инфраструктура. Порт-Судан нуждается в модернизации. Российский военно-морской хаб открывает возможности для строительства складских терминалов, рефрижераторных мощностей, контейнерных площадок. Стоит также рассмотреть организацию регулярных контейнерных линий из портов Чёрного моря и Балтики.
Образование и подготовка кадров — долгосрочный, но важный трек. Война разрушила систему образования, и восстановление потребует не только зданий, но и учителей, учебных программ, оборудования. Предложение квот для суданских студентов в российских и белорусских вузах, дистанционные курсы для учителей, поставка учебного оборудования — всё это создаст прочную основу для будущего сотрудничества.
—-
Часть пятая. Риски и как их снизить
Военные действия остаются главным риском. Если работать в Порт-Судане, Хартуме и на востоке страны, избегая зон, контролируемых мятежниками, вероятность попасть в зону боевых действий минимальна.
Политическая нестабильность средняя — правительство контролирует ситуацию, но риски сохраняются. Их снижают страхование ЭКСАР, работа через официальные каналы и постоянный диалог с посольством.
Платежи — высокая зона риска. Использование бартерных схем, платежей через ОАЭ, Турцию, Китай и отказ от прямых переводов в долларах помогают минимизировать проблемы.
Бюрократия и коррупция присутствуют, но надёжный местный партнёр, грамотное юридическое оформление контрактов и соблюдение местных законов позволяют проходить все процедуры без потерь.
Нестабильность курса валюты — постоянный фактор. Закладывать в контракты валютную оговорку с привязкой к доллару или юаню и проводить расчёты через твёрдую валюту — разумная практика.
—-
Вместо заключения
Судан — это не для слабонервных. Это страна, где война и голод стали повседневностью, где бизнес — это риск, а доверие — главная валюта. Но именно в такие моменты надёжные партнёры ценятся особенно высоко.
Россия сегодня для Судана — не просто поставщик зерна. Это страна, которая не отвернулась, когда её покинули другие. Которая готова инвестировать в восстановление, в энергетику, в портовую инфраструктуру. Которая говорит с суданцами на языке взаимной выгоды, а не колониального превосходства.
Для российского и белорусского бизнеса это уникальное окно возможностей. Здесь можно войти в проекты, которые в мирное время были бы закрыты для иностранцев. Здесь можно занять ниши, которые сейчас пустуют. Здесь можно построить отношения, которые будут работать десятилетиями.
Инструменты есть. Поддержка — на высшем уровне. Саммит Россия — Африка 2026 года в Москве станет идеальной площадкой для старта.
Осталось сделать первый шаг.
Соколов Виктор Викторович
27 марта 2026 года
—-
P.S. Готов к вопросам и совместной проработке конкретных проектов. Контакты — через комментарии.