Правда имеет право на жизнь. Почему модераторы удаляют наши статьи об Иране?
Мы приводим факты, ссылаемся на источники, называем вещи своими именами. И в ответ получаем от площадок: «материал не соответствует действительности».
Что значит «не соответствует»? Как можно отрицать очевидное? Спутниковые снимки показывают разрушенные кварталы. Международные организации подтверждают гибель мирных жителей. Иранское телевидение транслирует похороны детей на весь мир. Но для модераторов на платформах это, видимо, не аргумент.
В России действует закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», статья 15.3 которого позволяет блокировать материалы, содержащие призывы к массовым беспорядкам, экстремизму или разжиганию ненависти. Но наши статьи не содержат ничего подобного. Мы просто называем агрессоров агрессорами. Мы не призываем к насилию, мы призываем к справедливости.
Депутаты Госдумы от КПРФ недавно внесли законопроект о моратории на блокировку социальных сетей, справедливо отмечая, что «запрещение и ограничение общения в соцсетях фрагментируют пространство дискуссии и отрицают возможность спектра мнений». Они говорят, что нужен баланс между безопасностью и созданием инклюзивной, конкурентной, но не враждебной публичной сферы.
Но где этот баланс, когда правду о гибели детей удаляют, а ложь о «превентивных ударах» и «защите демократии» остаётся?
В Совете Федерации предлагают усилить профилактику правонарушений, связанных с искажением исторической правды. Это правильно. Но разве то, что происходит сейчас в Иране, не история? Разве убийство 148 детей не заслуживает того, чтобы остаться в памяти человечества?
Модераторы на площадках — это обычные люди. Они, наверное, тоже читают новости, тоже видят фотографии погибших детей. Но их работа — удалять то, что «не соответствует действительности». Только вот чьей действительности? Действительности Пентагона? Действительности израильского МИДа?
Девочки, я не знаю, сколько ещё наших статей удалят. Но я знаю одно: мы будем писать правду. Потому что молчание в такой ситуации — это соучастие. И если нас блокируют, мы будем искать другие площадки, другие форматы, другие способы достучаться до людей.
Потому что 148 погибших девочек не должны быть забыты. И агрессоры должны быть названы своими именами. ❤️