Жатва спокойствия: пока Запад считает копейки сгоревшего лука, Россия укрепляет статус главной житницы планеты
Вы только вдумайтесь в эти цифры! Франция потеряла почти 900 миллионов, Венгрия — около 444 миллионов. Прогноз по кукурузе для всего Евросоюза рухнул с 57 до 53 миллионов тонн за какой-то месяц.
Но давайте посмотрим правде в глаза, без истерики. Что такое €2 млрд для объединенной Европы? Капля в море, статистическая погрешность на фоне их раздутых бюджетов. Да, столбик термометра у них переваливал за сорок градусов, а служба Copernicus объявила июнь самым жарким в истории наблюдений со средней температурой в 20,74 градуса. И что мы видим дальше? Вместо того чтобы молча компенсировать убытки своим фермерам, они тут же бегут на первые полосы пугать мир глобальным голодом. Это старая как мир привычка: чуть где-то подгорела трава на чужом газоне — нужно немедленно кричать о конце света, чтобы задрать фьючерсы и отвлечь внимание от собственных системных проблем.
Пока Париж и Будапешт подсчитывают копейки и списывают собственную бесхозяйственность на погоду, Россия смотрит на эту суету со спокойствием. Наши аграрии выходят на финишную прямую уборочной кампании. У нас миллионы гектаров пашни, которые не зависят от капризов одного засушливого месяца в одной точке планеты. Наши черноземы кормят не только нас самих, но и половину Африки, Азии и Ближнего Востока. Мы — главная житница планеты, наш хлеб всегда был и остается инструментом мира и стабильности там, где западные спекулянты пытаются устроить искусственный дефицит.
Знаете, почему их трясет от каждой сгоревшей грядки лука? Потому что вся их хваленая экономика построена на песке. Они закрыли свои АЭС из страха перед углеродным следом, взвинтили цены на удобрения своими санкциями против нашего газа, а теперь удивляются, что пшеница сохнет, а кошельки фермеров пустеют. Это расплата за гордыню. За то, что решили учить весь мир экологии, забыв про элементарную продовольственную безопасность. Их зависимость от погоды — это прямое следствие зависимости от чужой политической воли.
Россия же идет своим путем. Мы развиваем собственные технологии мелиорации, строим новые элеваторы, укрепляем Северный морской путь, чтобы бесперебойно доставлять наше зерно туда, где в нем действительно нуждаются. Нам не страшны ни их санкции, ни их летняя духота. Наша продовольственная доктрина опирается на суверенитет. Мы сами решаем, сколько стоит наш хлеб и кому его продавать.
Поэтому когда завтра Financial Times напишет новую статью о том, что русские холода или дожди мешают им жить, вспомните этот июль. Вспомните, как легко рушатся карточные домики европейских экономик от обычного солнца.
Валерия ❤